Где я был 19 августа 1991 года
Aug. 22nd, 2006 02:35 pmЧей-то пост напомнил мне насколько это был важный день для меня и некоторых близких мне людей.
В то лето я приехал к брату в гости с намерением уехать в США учиться. Моя Оленька в прошедшую зиму уехала в Израиль, оставив мне кучу горько-сладких воспоминаний, а также желание отличиться и совершить что-нибудь героическое. Мой брат тогда работал в консульстве Грузии и я у него печатал applications to graduate schools. В свободное время я ходил по местам, где я был с Олей, вспоминал ее и, так сказать, испытывал плотские страдания.
Брат тогда был влюблен в некую Нину, особу высококультурную и благородную, которая была всецело поглощена изучением творчества какого-то малоизвестного немецкого литератора и пересеклась с моим братом через наше землячество.
В день путча все встало на свои места.
Я понял, что я обыкновенный бюргер и ни за какую демократию не полезу на баррикады. Поэтому я остался дома. Единственным моим протестом стало то, что я открыл окна и врубил на полную мощность Summer '68 из Atom Heart Mother Пинк Флойда. После этого я закрыл окна и два дня не выходил из дому.
Нина, не раздумывая, пошла к Белому Дому, не послушавшись распоряжения моего брата сидеть дома. Чем привела его в бешенство. Пришлось ему идти вместе с ней и провести ночь на баррикадах. Я преклоняюсь перед такими людьми. Хотя и не собираюсь им подражать. Моя цель в жизни - выжить, максимально избежав мордобоя. А эти люди готовы за свои принципы подвергнуть себя всяким испытаниям.
И ребята из моего двора, мои близкие друзья, тоже были там. Из нас пятерых - пошли двое. И весь мир в те дни был поделен на тех, кто пошел и тех, кто не пошел.
Я тогда понял, что единственный способ отличиться - это уехать в Америку, потому, что лезть на баррикады у меня никогда не хватит духу.
В то лето я приехал к брату в гости с намерением уехать в США учиться. Моя Оленька в прошедшую зиму уехала в Израиль, оставив мне кучу горько-сладких воспоминаний, а также желание отличиться и совершить что-нибудь героическое. Мой брат тогда работал в консульстве Грузии и я у него печатал applications to graduate schools. В свободное время я ходил по местам, где я был с Олей, вспоминал ее и, так сказать, испытывал плотские страдания.
Брат тогда был влюблен в некую Нину, особу высококультурную и благородную, которая была всецело поглощена изучением творчества какого-то малоизвестного немецкого литератора и пересеклась с моим братом через наше землячество.
В день путча все встало на свои места.
Я понял, что я обыкновенный бюргер и ни за какую демократию не полезу на баррикады. Поэтому я остался дома. Единственным моим протестом стало то, что я открыл окна и врубил на полную мощность Summer '68 из Atom Heart Mother Пинк Флойда. После этого я закрыл окна и два дня не выходил из дому.
Нина, не раздумывая, пошла к Белому Дому, не послушавшись распоряжения моего брата сидеть дома. Чем привела его в бешенство. Пришлось ему идти вместе с ней и провести ночь на баррикадах. Я преклоняюсь перед такими людьми. Хотя и не собираюсь им подражать. Моя цель в жизни - выжить, максимально избежав мордобоя. А эти люди готовы за свои принципы подвергнуть себя всяким испытаниям.
И ребята из моего двора, мои близкие друзья, тоже были там. Из нас пятерых - пошли двое. И весь мир в те дни был поделен на тех, кто пошел и тех, кто не пошел.
Я тогда понял, что единственный способ отличиться - это уехать в Америку, потому, что лезть на баррикады у меня никогда не хватит духу.